Взросление—громкая пора!
Серьёзность, бунт, отчаянье.
И все взрослеют, но не я,
Я до сих пор дитя...

Мне бегать хочется, скакать!
Купаться в лужах грязных!
Беситься до ночи, кричать
И радостно рассвет встречать!

Не хочу я быть серьёзной,
Матов знать я не хочу.
Что такое мир же взрослый,
Я пожалуй, промолчу.

Не хочу я слушать крики,
Что пора уже взрослеть,
Надо быть спокойной, тихой,
Хаус больше не творить.

Я не спорю, это надо,
Вся же жизнь же впереди,
Но, пожалуй, большей частью
В сердце будет детский мир.

Что такое ничего?
Это просто ничего.
Ничего нет в темноте,
Ничего и сверху нет,
Ничего в далёкой сказке,
Ничего и в красоте.
На вопрос же: «Почему?» —
Сразу смотрят на луну!
Это тоже ничего,
Своенравно, но равно.
Никому никто не скажет:
Почему на небе птицы?
Почему же дети плачут?
Для чего наш создан мир?
Почему вот так бывает?
Буду лучше я молчать,
Рот закрою на замок.
И тихонько, в мире сказки,
Я отвечу на вопрос...

Идя по улице, я вдруг остановилась:
Заметила в травинке,
Случайно, животинку.
Присела я, раздвинула траву.
И вижу: котенок маленький...
Он был белее самых белых облаков,
Пищал что было мочи.
Я оглянулась — мамы нет.
Сгрустнула я немного,
Ну, подняла ребенка,
Укутав его в шарф,
И, медленно шагая, утопала домой.
Грелку теплую клала под беленький комок,
С бутылочки кормила я этот ангельский снежок.
Его так полюбила — отдать уж не могла.
Родители, вздохнув и покачав головами,
Немного улыбнулись,
Мисочку купив.

Зима... Мороз под минус тридцать, холодная Сибирь.
В руках сжимает школьник объявления, застывшие в руке.
Идёт по снегу серому в надежде на одно, малюсенькое объявленье.
Но боль пронзает горло, уж нечем ему дышать,
А пальцы вовсе твёрды: ни двинуть, ни разжать.
Он всё пытается, идёт, мороз его не ломит.
Он понимает: работа — боль, но это того стоит.
Он помогает людям найти работы,
Чему-то обучиться и что-то починить.
Но многие того не стоят, пытаются его сломить:
Срывают объявления, громко проклиная.
Гоняют по дворам, махая кулаками,
Собаки тоже в деле — хотят уж укусить.
Нигде ему не место, некуда присесть.
И, часто промерзая, всё тело истоща,
Лежит он на кровати, тихо в неё скуля.
И боль пронзает тело, не думая переставать.
Здоровье тратит он буквально за копейки,
А ведь же у него, помимо подработки, другие есть дела.
До вечера уроки, с домашкой до утра,
Семья, надеющаяся за день хоть раз его увидеть,
И строгие тренера, требующие дисциплины.
Теперь подумайте, друзья: промоутер — не шутка.
Поймёте вы же сами, зимой пытавшись подработать.
Так что, пожалуйста, прошу: не надо в нас плевать. Мы искренне пытаемся немного хоть помочь.
Не важно, кто мы: школьники иль старики, студенты или взрослые.
Мы просто помогаем, чтоб в мире легче было.
Так что прошу вас, умоляю: хоть немного,
Но не убивайте... Не добивайте наших...